Сегодня, когда мир и человек стали так многолики и многовариантны (искусство все чаще признается в свoем бессилии), и документ в искусстве становится все более интересен, без него уже невозможно представить полную картину нашего мира. Он приближает нас к реальности, он схватывает и оставляет подлинники прошлого и происходящего. Более 20 лет работая с документальным материалом, написав пять книг, я все время убеждаюсь и повторяю: искусство о многом в человеке не подозревает, не догадывается, и тогда это непознанное исчезает бесследно.

Но я не пишу сухую, голую историю факта, события, я пишу историю чувств. Можно еще назвать это – пропущенной историей. Что человек думал, понимал и запоминал во время события? Во что верил или не верил, какие у него были иллюзии, надежды, страхи? Что понял о себе и о мире...Это то, что невозможно вообразить, придумать, во всяком случае в таком количестве достоверных деталей и подробностей. Мы быстро забываем, какие мы были десять, двадцать или пятьдесят лет назад. А иногда стыдимся, или сами уже не верим, что так оно с нами и было. Искусство может солгать, а документ не обманывает... Хотя документ – это тоже чья-то воля, чья-то страсть. Но я складываю мир своих книг из тысяч голосов, судеб, кусочков нашего быта и бытия. Каждую свою книгу я пишу четыре-семь лет, встречаюсь и разговариваю, записываю 500-700 человек. Моя хроника охватывает десятки поколений. Она начинается с рассказов людей, которые помнили революции, прошли войны, сталинские лагеря, и идет к нашим дням – почти 100 лет. История души – русской души. Или точнее, русско-советской души. История великой и страшной Утопии – коммунизма, идея которого не умерла окончательно не только в России, но и во всем мире. Она еще долго будет дьявольски искушать и манить человеческие умы. И я хотела оставить рассказы самих ее свидетелей и участников.
Моя хроника продолжается. Я иду по времени за своими героями...

Первая книга – "У войны не женское лицо"
На фронтах Великой Отечественной войны в Советской армии воевало более 1 миллиона женщин. Не меньше их принимало участие в партизанском и подпольном сопротивлении. Им было от 15 до 30 лет. Они владели всеми военными специальностями – летчицы, танкистки, автоматчицы, снайпера, пулеметчицы... Женщины не только спасали, как это было раньше, работая сестрами милосердия и врачами, а они и убивали.
В книге женщины рассказывают о войне, о которой мужчины нам не рассказали. Такой войны мы не знали. Мужчины говорили о подвигах, о движении фронтов и военачальниках, а женщины говорили о другом – как страшно первый раз убить...или идти после боя по полю, где лежат убитые. Они лежат рассыпанные, как картошка. Все молодые, и жалко всех – и немцев, и своих русских солдат.
После войны у женщин была еще одна война. Они прятали свои военные книжки, свои справки о ранениях – потому что надо было снова научиться улыбаться, ходить на высоких каблуках и выходить замуж. А мужчины забыли о своих боевых подругах, предали их. Украли у них Победу. Не разделили.

Вторая книга – "Последние свидетели" (100 недетских рассказов)
Воспоминания о войне тех, кому в войну было 7-12 лет. О войне говорят дети. Не политики, не солдаты и не историки. Самые беспристрастные свидетели. Война, увиденная детскими глазами еще страшнее...

Третья книга – "Цинковые мальчики"
Книга о войне, которая была неизвестна и спрятана от собственного народа – о войне советских войск в Афганистане. Люди догадывались о ней только по цинковым гробам, приходившим из незнакомой страны.
Это уже другая война и человек на ней другой. Мы потом его увидим на новых войнах – в Югославии, Чечне, Нагорном Карабахе...
Меня часто спрашивали: почему столько книг о войне? Вы – женщина, а о войне обычно пишут мужчин? Потому что у нас не было другой истории, вся наша история – военная. Мы или воевали или готовились к войне. Иначе никогда не жили. Мы даже не подозревали, насколько мы – военные люди. Наши герои, наши идеалы, наши представления о жизни – военные. Вот почему так легко льется кровь на земле бывшей империи...

Четвертая книга – "Зачарованные смертью" (рассказы русских самоубийц)
Развалилась гигантская империя. Социалистический материк, занимавший одну шестую часть суши. В первые пять лет были зарегистрированы сотни тысяч самоубийств. Люди умели жить только при социализме и не знали, как жить дальше... Среди самоубийц были не только коммунистические фанатики, но и поэты, маршалы, обыкновенные коммунисты...
Книга о том, как мы выходили из-под наркоза прошлого, из-под гипноза Великого Обмана... Идеи-убийцы...

Пятая книга – "Чернобыльская молитва" (хроника будущего)
После Чернобыля мы живем в другом мире. Но совпало две катастрофы: космическая - Чернобыль, и социальная - ушел под воду огромный социалистический материк. И это, второе крушение, затмило космическое, потому что оно нам ближе и понятнее. То, что случилось в Чернобыле, - впервые на земле, и мы - первые люди, пережившие это. Мы с этим живем, с нами что-то происходит: меняется формула крови, генный код, исчезает знакомый ландшафт... Но для осмысления нужен другой человеческий опыт и другой внутренний инструмент, которых у нас еще нет. Наше зрение, наше обоняние не видит и не слышит нового врага - врага, я бы сказала, из будущего - радиацию, даже наши слова и чувства не приспособлены к тому, что случилось, и весь опыт страданий, который и есть наша история, тут не помогает. Мера ужаса у нас одна - война. Дальше сознание не движется.
Застывает. А то, что называется Чернобылем, дальше Гулага, Освенцима и Холокоста...
Трудно защититься от того, чего мы не знаем. Чего человечество не знает. Когда-нибудь эти годы, наши годы, чернобыльские годы, станут мифологическими. Новые поколения, одно за другим будут оборачиваться назад, к нам: как это случилось, что за люди тогда жили, что они чувствовали, как думали об этом, что рассказывали и запоминали?
Эта книга не о Чернобыле, а о мире после Чернобыля. Свидетели рассказывают... Успели рассказать... Многие из них уже умерли... Но все-таки послали нам сигнал...


Пять книг о том, как люди убивали и как их убивали, как строили и верили в Великую Утопию, как человеческая жизнь у нас все время была чему-то равна – идее, государству, будущему. Мы жили в окопах, на баррикадах, на стройках социализма. "Но, – подумала я, – все это страшная правда, но не вся правда о человеке?" Так родилась идея книги – "Чудный олень вечной охоты" (сто рассказов о русской любви). Книга о том, как русский человек хочет быть счастливым, мечтает, но у него это не получается... Почему? И как он представляет себе Дом? Счастье? Любовь? И в конце концов – в чем для него смысл жизни? Кто мы такие?
Человек меняется. Наш мир меняется. Хроника продолжается...